8 сентября 2018
URBANCAMP
Форум городских инициатив
URBANCAMP ALMATY
Форум городских инициатив
8 сентября 2018 года

В 2016-2017 гг. Urban Forum Almaty совместно с Фондом Сорос-Казахстан провел два грантовых конкурса на реализацию городских проектов. Среди них были активистские, исследовательские, профессиональные и творческие группы, которых объединяло стремление лучше понять город и улучшить его.

Первый конкурс был своего рода экспериментом по картированию имевшейся на тот момент ситуации с городским активизмом. Было получено более 80 заявок, отобрано 8 проектов, все они были успешно завершены.

В 2017 году прошел второй конкурс, уже более специализированный – как и тема всего прошлого года нашей площадки, он был посвящен развитию нецентральных районов Алматы. Мы получили 53 заявок, и отобрали 6 проектов.

В прошлом году УФК усилил работу с проектами – проанализировали проекты первого раунда, стали проводить рабочие сессии с новыми проектами, старались помогать им взаимодействовать с центром принятия решений и друг с другом.

Для всех нас это был важный опыт выстраивания партнерств, поиска ресурсов и их совместного использования, взаимодействия с властями, командной работы и многого другого. Он, безусловно, придал дополнительный импульс росту городского движения в Алматы.

Некоторые идеи завершились, достигнув поставленных целей, другие получили свое развитие. Мы проводим это мероприятие для того, чтобы вместе пройтись по урокам прошедших двух лет, узнать что-то новое друг о друге и о самих себе.
Часть 1.
Город активных граждан
Адиль Нурмаков
Urban Forum Kazakhstan
Нурлан Уранхаев
Управление архитектуры и градостроительства Алматы
Наталья Ливинская
Центр урбанистики
Ерлан Смайлов
Общественный совет г. Алматы
Сергей Васильев
Экологический фонд развития Алматы
Ася Тулесова
Рабочая группа AUA
Адиль Нурмаков: Мы назвали нашу первую сессию «Город активных граждан». Такназывается один из приоритетов программы развития Алматы до 2020 года. Urban Forum Kazakhstan довольно часто апеллирует к этому постулату в своей деятельности, особенно в случаях, когда необходимо привлечь внимание городских властей - ведь это один из немногих официальных документов, в котором признается потенциал граждан, да еще в качестве приоритета развития.

Однако если вчитаться в текст раздела «Город активных граждан», можно увидеть, что под этим подразумевают, в основном, совершенствование сферы предоставления госуслуг и более эффективное реагирование на обращения горожан. При этом, там же говорится, я цитирую: «ни один город в мире сегодня не может решить свои проблемы без активного вовлечения и участия населения». Какие механизмы может предложить акимат тем активным гражданам, которые готовы не только жаловаться, но и делать?

Нурлан Уранхаев: Вначале я бы хотел рассказать немного о деятельности своего Управления - о том взаимодействии и диалоге, который существует сейчас. Во-первых, мы с прошлого года представлены практически во всех значимых соцсетях, публикуем там информацию о своей работе, о планируемой деятельности, получаем обратную связь. Кроме того, мы достаточно открыты – например, общаемся со многими нашими архитекторами и дизайнерами, причем разных взглядов – как с молодыми, так и с уже состоявшимися в профессиональном плане.

Также, в августе мы собрали 5 групп архитекторов и предложили им разработать свое видение того, как должен будет развиваться старый центр Алматы. Мы в социальных сетях объявили конкурс, написали жителям – «Что вы хотите изменить?». Два месяца ждали предложений, и их было много. Люди, которые хотели увидеть эту информацию – они увидели. Сейчас эти 5 групп работают и каждая напишет свою концепцию. Если там будет что-то дельное, мы это возьмем. Потом выставим на обсуждение. Может, все пять будут супер? Потом будет конкурс. Все очень просто.

Если говорить в целом, то речь идет, конечно, не только о центральной части города, а о развитии по принципу полицентричности. По рекомендациям датского архитектора [Яна Гейла] мы проводим работу по созданию «города для людей». Что касается процедурных вопросов, недавно мы разместили ролики в соцсетях о выдаче АПЗ и согласовании эскизных проектов, где мы пошагово объясняем процесс. Что еще вас интересует, или я, может быть, не в ту плоскость ушел?

Адиль Нурмаков: Так как вы не можете отвечать за весь акимат, давайте поговорим о вашем управлении и о вовлечении горожан на вашем уровне. До февраля 2018 года в Алматы действовал Градостроительный совет – это консультативно-совещательный орган в области архитектуры. Urban Forum Kazakhstan неоднократно критиковал его за несбалансированный состав, за отсутствие критериев оценки проектов, а также за то, что общественность узнавала о принятых решениях только постфактум. Однако, при всем его несовершенстве, это был механизм получения обратной связи от экспертов и общественности. Сейчас решения принимаются архитектурно-техническим советом, в который входят только сотрудники вашего управления…

Нурлан Уранхаев: Нет, это не так. Да, Градсовет был упразднен. Но говорить о том, что архитектурно-технический совет (АТС) принимает решения, было бы неверно. Он был создан мной для того, чтобы мы сами, внутри управления проводили экспертизы проектов. К нам поступает много проектов, которые поэтапно, по цепочке проходят согласования в разных отделах. Мы два раза в неделю – по вторникам и четвергам – собираемся, чтобы в должный срок решать необходимые вопросы по соответствию действующим СНиПам. Иными словами, на АТС мы рассматриваем проекты, но не принимаем решений…

Адиль Нурмаков: На каком этапе рассмотрения проектов вы вовлекаете общественность?

Нурлан Уранхаев: Я вам так скажу: к нам на заседания АТС частенько приходят люди. Причем, есть люди, которые пишут в Facebook – «вот, мол, то не так, это не так». Мы их приглашаем на АТС – «приходите, посмотрите как это делается» – но те, кто пишет, они не приходят. Не скажу, что это правило, но это так. Вот Наталья [Ливинская] из ЦРА – я ее зову, она приходит. Повторюсь, мы открыты, у нас достаточно большой зал, каждый может сесть, полистать проект, посмотреть. АТС, по сути, не имеет какой-то законной силы, но у каждого участника заседания мы берем подпись – «за, против, воздержался», плюсы и минусы по проектам...

Адиль Нурмаков: У каждого участника заседания?

Нурлан Уранхаев: Нет-нет, не у каждого… Да, если будет у участников мнение, кто изъявит желание, без проблем. Но по сути дела, АТС – это наша внутренняя работа. Это не какой-то орган, который имеет право отказать, например. Ответственность за подписанные проекты лежит на мне, как руководителе управления…

Вы правильно сказали, что, может быть, постфактум узнают о том, что прошло, что принято… Но мы это публикуем. Здесь сидит наш пресс-секретарь. Если она сможет публиковать до принятия решения АТС – что вынесено на рассмотрение, например – это можно попробовать, но это двойная работа просто. Но в принципе, мы в любой момент готовы, и это не просто слова.

Адиль Нурмаков: АТС имеет потенциал быть трансформированным в полноценный консультативно-совещательный орган. Может быть, дополнить его экспертами, ввести в его состав представителей общественности…

Нурлан Уранхаев: В принципе, давайте подумаем. Если это не противоречит действующим нормам закона, почему нет. Просто завтра скажут – был Градсовет, создали теперь другой…

Адиль Нурмаков: Если учесть ошибки Градсовета, от вопросов его формирования до непрозрачности работы и отсутствия критериев оценки проектов, то, возможно, новый орган станет действенным механизмом принятия решений в городе, который позволит предупреждать конфликтные ситуации, связанные с застройкой.
Кстати, раз речь зашла о составе прошлого Градсовета – с декабря прошлого года мы реально готовили его новый состав. Мы планировали ввести в него больше архитекторов, дизайнеров, общественность. Когда мы уже все подготовили, в феврале Градсовет распустили [приказом № 135 министра инвестиций и развития РК от 26 февраля 2018 г.]. Желающих прийти на заседания АТС я официально приглашаю к нам на ул. Зенкова, 80.

Нурлан Уранхаев
Управление архитектуры и градостроительства Алматы
Left
Right
Адиль Нурмаков: Ерлан Смайлов – известный эксперт, но сегодня мы его пригласили как члена Общественного совета г. Алматы. После конкурса проектов в 2017 году Urban Forum Kazakhstan пытался опробовать возможности Общественного совета, как посредника между акиматом и городскими сообществами. При поддержке Е.Смайлова три проекта были представлены в Совете. Один из них получил поддержку - впрочем, скорее, моральную, чем практическую. Речь о проекте Сергея Васильева в Карасу – рабочей группы по нему в акимате не создали, хотя это было рекомендовано Советом. Зато, с одобрением Общественного совета проект стал более «легитимным» в глазах чиновников, с которыми Сергею приходится иметь дело. Ерлан, как вы думаете, насколько эффективен Совет для того, чтобы городские инициативы могли обращаться туда за поддержкой?
Я считаю, что Общественный совет эффективен в деле развития гражданской инициативы алматинцев. Это не пик эффективности, конечно, но мы делаем это в первый раз, и это сложно. Однако, по тем проектам, о которых я могу говорить, я вижу, что есть эффективность и результат. Общественный совет готов поддерживать те активности, которые направлены на повышение качества жизни горожан и уровня комфортности города.

Ерлан Смайлов
Общественный совет г. Алматы
Ерлан Смайлов: Было три проекта. Первый – «Театр соседей». Мы заслушали презентацию проекта и, в целом, поддержали, но позже проект начал жить своей жизнью, его поддержал районный акимат, и мы дальше уже не вникали. Роль Совета не в том, чтобы за руку водить всех.

Второй проект – «Город гения», посвященный наследию художника Сергея Калмыкова. Мы тогда направили письмо поддержки в акимат, но когда потом оттуда пришел запрос к авторам проекта предоставить эскизы инсталляций, они этого не сделали.

Наконец, третий проект – это благоустройство микрорайона и озера Карасу. Совет его единогласно поддержал. Здесь важно понимать, что решения Общественного совета носят рекомендательный характер – и мы рекомендовали акимату реализовать этот проект. Но здесь важно понимать, что ничего не делается быстро. Есть процедуры, и они требуют времени.

Решение, которое мы приняли в прошлом году (о создании рабочей группы), мы, по сути, «перепрыгнули», то есть процесс пошел быстрее. В начале августа мы выезжали с представителями акимата на место, посмотрели, какие работы необходимо провести – инженерные, по благоустройству. Сейчас проект находится на стадии подачи заявки на проектирование. Совет будет поддерживать реализацию проекта, его финансирование из городского бюджета. Право на свой «Арбат», на свою «улицу Панфилова» имеют не только жители центральной части города.

Кроме того, мы работаем с сообществом по защите животных от жестокого обращения. Вот сидит Светлана Спатарь из «Зеленого спасения» - мы на этой неделе закончили работу над правилами содержания зеленых насаждений в Алматы. Было три выездных рабочих группы. Это был очень сложный процесс, ведь в этом документе очень много нюансов – от борьбы с вредителями до санитарной обрезки. Это скучная работа, но необходимая. Есть много инициатив – одни известные и раскрученные, а другие – скучные, технические, но они тоже очень важны.

Процесс идет, где-то легче, где-то тяжелее. Инициативы требуют конкретной работы с документами, правилами. Пока же очень маленькая конвертация активных людей из соцсетей в реальные действия.

Адиль Нурмаков: Так получилось, что Общественный совет более активен в поддержке активных групп горожан, чем маслихат, но в Совете нет представителей жителей каждого конкретного района. Нам повезло, что в нем есть Вы – Ерлан Смайлов, член Попечительского совета Urban Forum Kazakhstan. Если Вы выйдете из Общественного совета, есть ли алгоритм, как горожанам можно обратиться туда и получить поддержку?

Ерлан Смайлов: Безусловно, алгоритм есть. Согласно Закону об общественных советах, имеется процедура обращений граждан, на которые мы должны отвечать. Они рассматриваются в соответствующих комиссиях Совета, могут быть созданы рабочие группы по отдельным вопросам. И точно также обратную связь получат и те граждане, которые хотят продвинуть через Совет какой-то свой проект. Гражданским активистам необходимо правильно понимать алгоритм коммуникации, систему процедур.
Адиль Нурмаков: Проект «Карасу» начался с нашего прошлогоднего конкурса и вырос в одну из самых упоминаемых в СМИ городских инициатив. Что помогло Вам добиться поддержки Общественного совета? Что можно посоветовать при работе с чиновниками акимата - что работает, что нет?

Сергей Васильев: Мы дважды выступали на Совете, и это не было просто. Каким образом выстраивать коммуникацию? В целом, у людей два типа взаимодействия с акиматом. Первое – «требовать». Люди сидят на диване, пишут в Facebook и cчитают, что акимат им всё должен. Второе – это когда ты пытаешься сделать что-то на своем, пусть небольшом, уровне, после чего ты предлагаешь акимату или Общественному совету некие варианты решения, чтобы построить партнерские отношения, прийти к взаимодействию.

Очень важно быть подготовленным. Мне с проектом «Карасу» было довольно легко выступать перед Общественным советом или встречаться на месте с комиссией из акимата, потому что 30 лет своей жизни я провел в микрорайоне «Карасу». Я знаю это озеро и каждую кочку на нем, где произошел самозахват, где забор был установлен незаконно, где ошибка в прокладке габионов…

Но чтобы подкрепить свою позицию фактами, мы полгода проводили исследование озера, привлекали геологов и других специалистов. Только когда мы точно знали, что мы хотим, как это сделать правильно и какие ресурсы для этого нужны, мы начали искать выход на центр принятия решений.

Кроме того, надо понимать, что акимат по одному звонку или визиту не может решить все вопросы. Необходимо терпение. Когда Общественный совет принял решение о создании в акимате рабочей группы по Карасу, я четко осознавал, что это займет не меньше года, и что в итоге эта рабочая группа придет к тому же, что мы на тот момент и сами уже знали. Хорошо, что нам удалось «перепрыгнуть» этот этап и сразу поручил управлению природопользования заняться этим вопросом.

И еще. Важно не только подготовиться и запастись терпением, но и начать что-то делать самим. Например, когда мы пришли на Совет, у нас уже был проект эскиза, который было не стыдно показать. На тот момент мы уже своими силами очистили озеро. Когда приезжала комиссия из акимата, у нас уже стоял амфитеатр на берегу озера. Так мы смогли убедить людей, что это не просто разговоры. Жители готовы делать дело своими силами.
Есть два типа взаимодействия с акиматом. Первое - «требовать». Люди сидят на диване, пишут в Facebook и cчитают, что акимат им всё должен. Второе – это когда ты пытаешься сделать что-то на своем, пусть небольшом, уровне, после чего ты предлагаешь акимату или Общественному совету некие варианты решения, чтобы построить партнерские отношения, прийти к взаимодействию. Очень важно быть подготовленным, подкрепить свою позицию фактами, знать что вы хотите сделать и какие ресурсы для этого нужны. И еще - важно не только подготовиться и запастись терпением, но и начать что-то делать самим. Так вы сможете убедить людей, что ваш проект - это не просто разговоры.

Сергей Васильев
Экологический фонд развития Алматы
Left
Right
Адиль Нурмаков: Центр урбанистики (ЦУ) – ровесник Urban Forum Kazakhstan. Мы тесно сотрудничаем по ряду направлений. В 2017 г. мы целенаправленно старались наладить диалог между ЦУ и проектами прошлого года, регулярно проводили рабочие встречи с сотрудниками Центра урбанистики. Запомнились два случая, два разных опыта. Один – благоустройство пешеходной аллеи в микрорайоне «Тастак». Компания Basire Design Group разработала совместно с жителями проект. Так совпало, что в то же самое время акимат занялся реконструкцией этого участка. При посредничестве Центра Урбанистики были приняты и частично реализованы рекомендации проекта Basire Design Group. Второй пример – это исследование инфраструктуры остановок общественного транспорта в нецентральных районах. Была тоже проделана большая работа, составлен каталог проблем, передан в соответствующее управление акимата, но там обратной связи не случилось. Какие можно вывести закономерности из этого? При каких условиях, в каких случаях акимат будет более заинтересован в диалоге с городскими инициативами?

Наталья Ливинская: Из всего нашего обсуждения у меня возникает ощущение, что в городских процессах не существует никаких других стейкхолдеров, кроме акимата, хотя это не так.
По собственному опыту работы могу сказать, что ниже шансы на реализацию у тех идей, которые были предложены, а потом инициаторы о них забыли. Надо предложить, предложить, потом доказать, убедить и снова предложить - увы, такова реальность. Это большой и долгий процесс, который может многих не устраивать, но это процесс диалога. Мы не сразу находим друг с другом общие позиции. Важно не сделать инициативу, которая тебе нравится. Важно найти партнеров, которые понимают актуальность вопросов и разделяют твой интерес.

Наталья Ливинская
Центр урбанистики
Есть много интересных проектов, которые отложены в долгий ящик, потому что люди не довели замысел до конца, не доказали, не инициировали. Либо – их идеи не совсем актуальны.

Адиль Нурмаков: Возвращаясь к примеру с «Тастаком» – можете ли вы рекомендовать горожанам при проектировании своей инициативы посмотреть, какой план у городской администрации на ту или иную локацию?

Наталья Ливинская:
Да, как один из вариантов.
Адиль Нурмаков: Всем, наверное, знакомо приложение Almaty Urban Air (AUA), которое отслеживает качество атмосферного воздуха в городе. Проект Рабочая группа AUA стал одним из победителей нашего первого конкурса в 2016 г. Группа поставила целью привлечь общественное внимание к проблеме качества атмосферного воздуха в Алматы. Были проведены десятки общественных обсуждений, экспертных встреч, консультаций с госорганами. Ася, исходя из Вашего опыта, что сложнее – работать с госорганами или же убедить горожан принять участие в решении проблем, которые им хорошо известны.

Ася Тулесова: Госорганы и горожане стоят друг друга – и с теми, и с другими тяжело.
Я, как горожанин, очень ценю какие-то проекты акимата, но при этом они абсолютно провисают с точки зрения работы с населением. Все сводится лишь к реагированию на гневные посты в Facebook, но зачастую реакция населения вполне прогнозируема, и с ней можно было бы поработать превентивно. Есть очевидные проблемы, которые не решаются годами. Нужно начинать их решать, не дожидаясь возмущения людей. Надо знать, что будет происходить с городом по мере его роста, какие проблемы будут тревожить людей, и что нужно делать уже сейчас. Мы все пытаемся понять: "Как бы нам исхитриться и сделать так, чтобы акимат начал слушать". Это неверная постановка вопроса. Обязанность государственного органа - слушать население и прислушиваться к его мнению.

Ася Тулесова
Рабочая группа AUA
Дискуссия
Дархан Медеуов
социолог, независимый исследователь
Суммируя то, что я понял из обсуждения: «Если кто-то хочет сделать что-то, надо запастись терпением и понести большие издержки. Пробуй, пробуй, пробуй, пока не получится. Отчасти это происходит не потому, что власти не хотят работать с населением, а потому что существуют процедуры, алгоритм, через который нельзя «перепрыгнуть». Отсюда мой вопрос: Могут ли или должны ли эти алгоритмы быть упрощены, и в чьих силах это сделать?
Наталья Ливинская
Центр урбанистики
Это зависит от того, какой именно алгоритм имеется в виду. Дело в том, что у разных процессов разные этапы, уровни и последовательность решений. Если речь о госорганах, то это уже вопрос республиканского уровня, т.к. относится к стандартам оказания госуслуг. Менять их значит менять законодательство. Это очень сложный процесс.
Сергей Васильев
Экологический фонд развития Алматы
Один человек сказал, что у акимата пять ступеней признания тебя. Первое время тебя вообще не замечают, потом тебе говорят, что ты надоел, третье – начинают игнорировать, четвертое – признают, что ты есть, и, наконец, начинают с тобой сотрудничать.
Ерлан Смайлов
Общественный совет г. Алматы
Вопроса «упрощать процедуры или нет» не стоит. Естественно, надо упрощать, потому что все забюрократизировано, нужно проходить через множество итераций. Да, это долгий процесс, и он связан с законодательством, но в сегодняшних условиях бесспорно, что нужно максимально упрощать каналы коммуникации, чтобы повышать эффективность.

Здесь действительно много говорили, что нужно терпение подолгу что-то доказывать акимату. Но я – даже не как член Общественного совета, а просто как житель города – хочу сказать, что сейчас акимат старается работать более открыто, чем еще несколько лет назад. Какие-то управления более открыты, какие-то – менее, но есть примеры вовлечения граждан в принятие решения. Можно долго теоретизировать о том, что в странах с трехсотлетней демократией вещи работают по-другому. У нас это работает сегодня так, но это не значит, что мы должны остановиться. Мы к этому придем.
Часть 2.
Выстраивание партнерств между секторами
Евгения Абкеева
«Театр соседей»
Асель Джабасова
«Бюро текстов» (кампания «Детям нужен воздух»
Алексей Кузнецов
ОФ Sport Concept
Для большинства гражданских городских инициатив выстраивание партнерств не только друг с другом, но и с другими участниками городских процессов, остается вызовом, а не инструментом. Что необходимо знать и делать активистам, работая над своими проектами, чтобы вовлечь новых союзников?
Адиль Нурмаков: «Театр соседей» – один из самых успешных проектов в истории обоих наших конкурсов. На первых этапах долго не могло начаться строительство сцены, и сложно было представить будущее проекта. И вот, сегодня уже подходит к концу его второй сезон.

Это стало возможно не только благодаря работе с сообществом, но и пониманию того, что это слово скрывает за собой – разные группы людей с разными интересами, разной мерой вовлечения и ответственности. В ходе проекта сложилась группа активистов, группа театра, были и другие люди и организации, добавлявшие площадке свой контент, ресурсы или время.

Когда завершался первый год проекта, его инициаторы решили его продолжать. Это потребовало от всех более серьезных обязательств. Был разработан меморандум с жителями, акиматом и вашей инициативой о продолжении работу «Театра соседей». Расскажите об опыте выработки этого инструмента, который свел вместе интересы и ресурсы заинтересованных сторон.

Евгения Абкеева: Понимание того, что хотят все эти группы, нам дал первый год проекта, когда мы на нашей площадке отработали основные направления работы с сообществами и с городской властью. У людей появилась возможность собраться и пообщаться друг с другом языком социального театра, playback театра, которому мы обучаем труппу из числа местных жителей. Этот инструмент позволяет людям через личные истории разговаривать о жизни в районе и о своих проблемах - от заборчиков палисадников до вопросов насилия среди детей в колледже. Мы поняли, что говорить об этом недостаточно, и тогда нас поддержала городская администрация и помогла приглашать в «Театр соседей» сотрудников акимата, участкового полицейского и т.д. Это был неожиданный опыт конструктива как для нас, так и для жителей. Люди были удивлены, что можно не кричать, ругать и требовать, а пообщаться в формате диалога и услышать другую сторону.
Выйти на устойчивость проекта «Театр соседей» и продолжить работу после завершения первого сезона нам помогло понимание того, что это потребует вовлечения трех сторон. Во-первых, это нужна группа жителей для поддержания порядка на площадке. Во-вторых, труппа «Театра соседей», стабильная группа из 10 человек, которые приходят каждую субботу. В-третьих, есть администрация города. И, наконец, есть мы, инициаторы проекта, которые модерируют процесс. Мы поняли, что если будет документ, меморандум, к которому все стороны смогут в случае необходимости обратиться, который закрепит меру ответственности каждой стороны, то проект будет устойчив.

Евгения Абкеева
«Театр соседей»
По меморандуму жители обязуются поддерживать площадку в хорошем состоянии, проверять, все ли в порядке со сценой, ничего ли не сломали. Раз в месяц делают генеральную уборку, есть график дежурств. Городская администрация согласилась поддерживать безопасность и обеспечить вовлечение участкового полицейского в решение проблем, выявляемых на площадке. Театр продолжает развивать труппу.
Мы почувствовали необходимость общаться с казахоязычной аудиторией и с этого года решили попробовать обратиться к ней. Мы видим, как какая-то часть людей проходит мимо сцены, лишь ненадолго останавливается и сразу идет дальше. Да, все наши мероприятия до настоящего времени проходили только на русском языке, и мы от этого теряем часть аудитории. Сейчас мы вводим мероприятия, направленные на казахоязычную аудиторию, культурные творческие вечера на казахском языке – и мы уже видим, что через известных личностей, актеров, уверенно говорящих на казахском языке, мы охватили ту часть сообщества, которая до этого не решалась к нам прийти.

Евгения Абкеева
«Театр соседей»
Адиль Нурмаков: Кампания «Детям нужен воздух» была непродолжительной, но эффективной. Напомним, целью было добиться от акимата решения о строительстве пристройки к зданию школы в мкр. «Орбита», в которой почти в 3 раза было превышено количество учеников – дети занимались в тесных классах, что создавало угрозу их здоровью.

Асель Джабасова, владелец креативного агентства, узнав проблеме от директора школы, сделала о ней доступную, насыщенную фактами презентацию, запустила кампанию в социальных сетях и онлайн-петицию. В результате город одобрил проект расширения школы, что изменит жизнь для большого сообщества – семей 2,500 детей из этой школы.

Асель, чему копирайтер может научить городского активиста, и чему может у него, в свою очередь, научиться?

Асель Джабасова: Я не могу ставить себе в заслугу то, что это проект состоится. Я сегодня виделась с директором школы – в течение двух лет будет строительство, ТЭО одобрено – обещают уникальный новый проект пристройки, которая будет оборудована по последнему слову техники.

История началась с того, что в «Орбите-1» и вокруг этого микрорайона в последние годы выросло много жилых комплексов. Все заселились, а школы, оказывается, не строил никто. Мы привели ребенка в 1 класс и узнали, что у него в классе будет 50 человек – потому что больше не вмещается. Все родители первоклассников из года в год бросаются ругать директора: «Почему у вас 50 человек в классе?». Он объясняет ситуацию и просит поддержать его с идеей строительства пристройки. На тот момент он уже три года продвигал эту идею в акимате, но его никто не слушал.

Я подошла к нему после первого собрания, он озвучил мне цифры и я решила собрать их в презентацию. Я пригласила друга-фотографа, чтобы пофотографировать школу, которая рассчитана на 800 учеников, а в сейчас там учится 2,496 детей. Представьте – по два класса занимаются в одном спортзале, а что творится на большой перемене в коридорах – отдельная песня.

У меня была иллюзия, что вот, мы сейчас сделаем презентацию, я напишу текст онлайн-петиции, все будут друг другу передавать через WhatsApp, и мы наберем нужные 5,000 подписей. Но мы к концу года собрали только 260.
Я называю себя активистом-неудачником. У меня была иллюзия, что вот, мы сейчас сделаем презентацию, я напишу текст онлайн-петиции, все будут ее друг другу передавать через WhatsApp, и мы наберем нужные 5,000 подписей. Но мы к концу года собрали только 260. С другой стороны, я, видимо, оказалась неплохим редактором - моя презентация о необходимости строительства пристройки к школе помогла директору школы аргументированно объяснить депутатам маслихата и городской администрации почему это нужно делать - и как можно быстрее. Что я вынесла из этого опыта: иногда достаточно маленькой группы людей, которые правильно формулируют свои мысли, чтобы те, кто способен повлиять на принятие нужных решений, действовали более уверенно.

Асель Джабасова
«Бюро текстов» (кампания «Детям нужен воздух»)
Left
Right
Адиль Нурмаков: Кейс фонда Sport Concept широко известен. В рамках проекта, который был нами поддержан в 2016 г., инициатива расширила взаимодействие с сообществами и разделение ответственности с активистами на местах. Результатом проекта стали не только новые спортплощадки, но и принятая на городском уровне программа «Спорт в моем дворе».

В прошлом году мы встречались, когда появилась массовая спортплощадка во дворе Алексея Кузнецова и Анны Шелеповой, с которого началась история «Спортконцепта». Тогда Аня сказала, что долгое время инициатива работала только с двумя сторонами – жителями и бизнесом, и, наконец, впервые ей удалось подключить акимат.

В политологии это называется три сектора общества, и заставить их работать вместе – главная цель государства. В нашем случае государство в лице местного органа власти подключилось позже остальных. Алексей, с каким из трех секторов вам работается комфортнее, и что государству стоило бы перенять у бизнеса?

Алексей Кузнецов:
Мне не нравится применять к нашей работе слово «проект» – для меня это дело жизни, которым я занимаюсь каждый день. Жизнь одна и можно пойти двумя путями. Можно накопить денег и переехать в другую страну, либо остаться тут, но переехать в новый жилой комплекс, где «трава зеленее». У меня другой подход. Мне нравится район, в котором я живу – это центр города. Здесь сложившаяся застройка в советское время предполагала наличие дворовой спортивной площадки. На сегодня некоторые из них оказались в частной собственности, а некоторые – превратились в парковку. Те, которые уцелели, находятся в плачевном состоянии.
Мне хотелось вместе с сыном заниматься спортом, и мы начали обустраивать площадку в нашем дворе своими силами. В 2012 году залили каток. Подключились соседи, стало возникать сообщество, мы начали взаимодействовать с акиматом, бизнесом, донорскими организациями. Для развития массового детского спорта нужна инфраструктура надлежащего, высокого качества. Пока же огромные средства тратятся на травмоопасные площадки, сделанные из материалов низкого качества, без диалога со специалистами и общественностью. С акиматом, как и с бизнесом, нужно говорить языком цифр. Исследования, проливающие свет на проблемы, на которые привыкли закрывать глаза, помогают привлечь внимание не только общественности, но и властей. Например, наше исследование, проведенное в рамках проекта 2016 г., наверное, подтолкнуло акимат к запуску городской программы «Спорт в моем дворе».

Алексей Кузнецов
ОФ Sport Concept
Часть 3.
Развитие проектов: От инициативы к устойчивости и адвокации
Адиль Ажиев
Archcode Almaty
Сауле Мамаева
Фонд Сорос-Казахстан
Ирина Медникова
МИСК
Наталья Асатурова
Защитим Парк Южный
Устойчивость проектов и адвокация, как одно из возможных направлений развития городских инициатив. Две разных цели могут идти бок о бок и по отдельности, а для некоторых проектов может вообще не стоять ни одна из этих целей. Никто не может ожидать или требовать от гражданских инициатив, чтобы они длились достаточно продолжительное время или начинали инициировать крупные изменения. Тем не менее, опыт проектов, которые были нами поддержаны в 2016-2017 гг. показывает, что некоторые проекты хотят двигаться дальше.
Адиль Нурмаков: Инициатива, поставившая в 2016 году целью систематизацию информации об историко-архитектурном наследии Алматы, популяризацию знаний о нем и построение сообщества горожан, неравнодушных к этой теме. По завершению в 2017 г. первой фазы проекта, его лидеры приняли решение попробовать перейти к адвокации - т.е. к работе по продвижению изменений в принятых процедурах или подходах. Насколько это решение было для вас сложным и почему вы считаете это важным?
В 2016 году мы начали заниматься популяризацией темы наследия, но сейчас эта тема уже достаточно популярна. Наша цель в том, чтобы люди ценили ту архитектуру, которая окружает их. Поэтому теперь мы поставили задачу попробовать сделать более прозрачными процедуры включения объектов в списки памятников - и исключения из них. Мы считаем, что в эти процессы необходимо вовлекать общественность. Важно провести большую исследовательскую работу, иметь доказательную базу по конкретным критериям определения ценности объекта. Это еще одна наша цель - опираясь на международные критерии ценности архитектуры, мы должны разработать свои, с учетом особенностей местной архитектурной традиции.

Адиль Ажиев
Archcode Almaty
Адиль Нурмаков: На сегодня мы провели консультации с Казреставрацией, с Союзом архитекторов Алматы и рядом международных организаций. Составлен список из 10 объектов, который мы выставим на общественное голосование. Нацеливаться на включения сразу большого числа объектов – слишком амбициозная задача. Мы сосредоточимся на нескольких, соберем доказательную базу по ним. В целом, городское управление архитектуры идет нам навстречу. Недавно они попросили нас отметить наиболее интересные объекты из 945 зданий Алматы, которые ныне обозначены как ветхое жилье и подлежат сносу. Есть шанс сохранить некоторые кирпичные дома.

Адиль Нурмаков: Решения о включении и исключении объектов из охранных списков принимаются госорганом за закрытыми дверями, процедура не предполагает участия общественности. При этом с начала года акимат успел объявить о планах включения 8-9 объектов в список памятников. Понятно, что речь тут опять идет о решении «сверху вниз», но, в целом, решения правильные. На них, очевидно, повлияла ваша работа по привлечению общественного внимания, стимулированию дискурса на эту тему. Может, продолжить работу в таком формате, заставляя, тем самым, власти реагировать? Вы верите, что есть ли возможность внести изменения в административные процедуры, которые регулируются национальным законодательством?

Адиль Ажиев: С одной стороны, это хорошо, что акимат хочет внести ряд зданий в списки памятников. Однако есть сомнения по поводу некоторых объектов. Например, арка в Парке первого президента – насколько она заслуживает быть в этом списке?

Важно провести вначале большую исследовательскую работу, иметь доказательную базу по конкретным критериям определения ценности объекта. Это тоже наша цель – опираясь на международные критерии ценности архитектуры, мы должны разработать свои, с учетом особенностей местной архитектурной традиции. Мы ведем диалог на эту тему с городским управлением архитектуры, но мы хотим, чтобы в этом разговоре участвовала общественность. Наш проект предполагает проведение общественных мероприятий для вовлечения людей в этот процесс.
Адиль Нурмаков: Проект МИСК в 2017 г. предполагал проведение масштабного исследования инфраструктуры остановочных комплексов в нецентральных районах города, а также выработку рекомендаций. Каким был опыт продвижения ваших рекомендаций в рамках этого проекта? И сразу второй вопрос – у МИСК большой опыт адвокационной деятельности, в том числе на уровне национального законодательства, работы с центральными госорганами. На каком уровне вам легче работать, где лучше встречное движение – на местном уровне или на республиканском?

Ирина Медникова: Я начну с того, какой объем рекомендаций мы подготовили летом 2017 года. Мы провели инвентаризацию 90 остановок общественного транспорта на трех периферийных улицах и в районе автовокзал «Саяхат». Мы провели по каждой остановке анализ ее соответствия строительным нормам и правилам (всего более 10 критериев) с фотофиксацией. Весь получившийся каталог мы презентовали широкой общественности в сентябре 2017 года и отправили в управление транспорта и Центр развития Алматы.

В октябре мы получили ответ от Центра развития Алматы: «Ваша работа устарела, т.к. акимат установил 700 новых остановок». Мы не поленились пройти снова по тому же маршруту и выяснили, что из 90 остановок семь было заменено, три были снесены, а все остальные остались в том же состоянии. На этом переписка прервалась. С октября прошлого года мы пытаемся встретиться с управлением транспорта, обращаемся и через Центр развития Алматы, мы замучили каждого сотрудника там, но коммуникации нет, а есть попытки диалога с нашей стороны «в одни ворота».

Если говорить про республиканский уровень, то там все гораздо эффективнее.
У нас есть опыт адвокационной работы, законотворческой инициативы, мы сотрудничаем с правительством и парламентом - это всегда довольно четкая коммуникация, всегда есть ответственные лица, и мы всегда получаем ответы на наши вопросы, проводим совместные мероприятия, участвуем в рабочих группах. На республиканском уровне все гораздо эффективнее. Казалось бы, там все должно быть сложнее, но, по факту, с правительством и парламентом нам работается легче и эффективнее, чем на городском уровне.

Ирина Медникова
МИСК
Адиль Нурмаков: История мобилизации жителей микрорайонов и сопротивления бездумным планам реконструкции парка стала одной из самых знаменательных во всей истории городского активизма последних лет. За очень короткий срок – за считанные недели – инициатива «Защитим парк Южный» прошла путь создания локального сообщества, проведения информационной кампании, инициировала диалог и добилась изменений в планах благоустройства. Для всех членов группы это был первый опыт активизма. Как вы думаете, почему стало возможным изменить уже утвержденные планы акимата и что заставило даже застройщика отказаться от уже отведенной ему земли?
«Южный» - это небольшой парк, который жил своей жизнью, пока в феврале 2018 г. нам не объявили, что его огородят забором и "реконструируют" - из 2,000 деревьев планировали вырубить 60% и закатать парк в асфальт и бетон. У нас собралась инициативная группа из 20-30 человек, которых это возмутило. В течение трех дней мы собрали 400 подписей, выложили письмо в соцсети, к нам подключились другие неравнодушные люди. Мы провели большое собрание, где собрали еще больше подписей, к нам присоединились общественники. После этого проект был приостановлен, а позднее изменен в соответствии с требованиями жителей. Организованность сообщества помогла остановить реализацию проекта, который бы уничтожил парк.

Наталья Асатурова
Защитим Парк Южный
В марте в парк приехал аким города, дал указания приостановить проект и начать его изменение в соответствии с требованиями жителей. Мы думали, что вопрос исчерпан, но не тут-то было. Работы только прибавилось. С проектировщиками обсуждалось все - от плитки покрытия до фонарей. Мы отстаивали каждое дерево. В итоге проект был изменен. Он прошел госэкспертизу и в августе его приняли. На сегодня, все работы приостановлены.

Я не могу точно сказать почему и чего ждать дальше. Но вы правы – организованность сообщества помогла нам остановить реализацию проекта, который бы уничтожил парк. Это был непростой опыт. Было очень сложно учесть интересы разных групп, разделить между собой зоны ответственности – кто-то работал с управлением природоохраны, кто-то – с проектировщиком, кто-то вел письменные протоколы, которые подписывали жители.

Как так вышло – я не знаю. Может быть, власти не хотели большого шума. После публикации письма и освещения в СМИ в парке появился [аким] Байбек, после чего началась работа. Мы просто хотели, чтобы нас услышали. Мы много раз спрашивали у акимата: «Вы для кого делаете реконструкцию?» Было отвечено: «Для людей». Тогда почему же вы у нас ничего не спросили, почему не слышите нас?
Адиль Нурмаков: Фонд Сорос-Казахстан в течение двух лет поддерживал конкурсы проектов, которые проводились совместно с Urban Forum Kazakhstan. Первый был маппингом городского активизма, а второй возвестил о наших приоритетах: развитие полицентричности и социального капитала в нецентральных районах. На третий год фонд решил не проводить конкурс, вместо чего поддержал продолжение некоторых проектов прошлых двух лет. Чем было продиктовано это решение?

Сауле Мамаева: Чтобы ответить на этот вопрос, поясню в двух словах, как появились эти конкурсы и почему Фонд Сорос-Казахстан стал их поддерживать. На самом деле, первый конкурс был реакцией на действия городской администрации. В 2015 году на первом мероприятии Urban Forum Almaty замакима презентовала стратегию развития Алматы до 2020 года, где одним из пунктов было развитие «города активных граждан». На тот момент нам и нашим партнерам сложно было представить, кто они – активные горожане, и какого рода активизм они готовы продвигать. Мы решили провести этот конкурс, чтобы посмотреть, что происходит в городе, какой есть потенциал у горожан.

Мы сразу же увидели: из 80 заявок менее 10% видели активизм как долгосрочную работу по качественному изменению процессов принятия решения и механизмов городского развития. Специальным жюри было поддержано 8 проектов – как раз те самые 10%. Это проекты, которые ставили целью качественное изменение, но в то время, чтобы прийти к этой цели, им надо было решить ряд сложных задач, сделать пилотные проекты. Порой одна задача могла растянуться на два года - например, у Archcode Almaty, который пытался систематизировать огромный массив информации. Естественно, что в рамках одного года невозможно достичь больших результатов, и надо подходить к теме поэтапно. Уже тогда стало ясно, что с кем-то мы продолжим работу, потому что невозможно, начав, бросить партнеров на полпути.

С другой стороны надо понимать, что у многих городских проектов, которые мы поддержали, и вообще в этом поле, пока нет систематизированного опыта, часто не хватает компетенций, которые приходится наращивать по ходу деятельности. Мы со своей стороны пытаемся помочь партнерам тренингами.

Второй конкурс был объявлен на основе осознанной нами необходимости работы в нецентральных районах, работы с людьми, формирования сообществ. Эта задача – на годы. Кроме того, нам необходимо включать казахоязычное население, потому что на данный момент подавляющее большинство проектов его не вовлекают, мероприятия не проходят на казахском языке. Это неправильно, ведь таким образом, половина – если не больше половины города – выпадает из этого процесса.

Для того, чтобы узнать темы городского развития, которые волнуют казахоязычное население, мы работаем с действующими партнерами. Urban Forum Kazkahstan проводит исследование на эту тему. У проектов в «Тастаке» и в Карасу также появились компоненты по вовлечению казахоязычного населения. Происходит это пока слабо и мы пытаемся понять, с чем это связано – языковой барьер или что-то еще. Все наши конкурсы публикуются на двух языках, мы принимаем заявки и на казахском, и на русском языках. К сожалению, в прошедших двух конкурсах процент казахоязычных заявок был крайне низким.

Еще один важный момент – в конкурсе и в проектах, которые мы поддержали в 2017 году, мы увидели потенциал к распространению их опыта. «Театр соседей», Карасу и другие проекты – насколько этот опыт уникален для каждой локации? Или его можно использовать и в других районах или других городах?

Почему не было третьего конкурса? Потому что при всем оптимизме от успешности некоторых проектов, при всех заявлениях об открытости администрации, статус-кво прежний. Процесс принятия решений в городе очень авторитарен, закрыт. Механизмы участия граждан эпизодичны, выборочны, малоэффективны и непонятны горожанам. Отсюда было принято решение – вместо того, чтобы поддерживать новые проекты, которым придется работать в тех же заданных рамках, мы поддержим тех, кто имеет потенциал к изменению статус-кво. Это вопрос эффективности финансирования, а точнее – социальных инвестиций, которые мы делаем, как донорская организация.

Здесь важно отметить – это не Фонд Сорос-Казахстан хочет изменения статус-кво. Мы поддерживаем людей и организации, которые сами определяют направление своей деятельности и методы работы. Мы делаем выбор из поступающих заявок, а не даем задание гражданскому обществу. Адилю Ажиеву интересна проблема архитектурной идентичности. Его инициатива – сделать так, чтобы процесс включения / исключения архитектурных объектов в охранные списке был прозрачен и в нем могла участвовать общественность. Фонд Сорос-Казахстан об этой теме даже не знал до конкурса.

Да, есть проекты, которые достигнув своей цели, решают не двигаться дальше. У нас был замечательный проект, связанный с развитием открытости и привлекательности музеев Алматы. В тот год они провели массу работы и решили, что на этом их задача выполнена. Говорить в целом об открытости музейной системы, о ее модернизации они не стали – это их право.

С другой стороны, возьмем «Театр соседей» – у него долгосрочные цели по развитию пространства и сообщества, которое самоорганизуется для создания и свободного использования общественного пространства по своему усмотрению. Здесь тоже нет речи о структурных или процедурных изменениях, но этот проект совершает очень большой ментальный скачок, давая жителю микрорайона возможность использовать общественное пространство, управлять им и нести за него ответственность.
Left
Right
Заключительное слово

Асель Есжанова, Urban Forum Kazakhstan
«Ценности городского общества»

Мы сегодня подвели важную черту под несколькими годами бурного роста городского активизма в Алматы. У нас разные цели и разные пути их достижения, но мы сходимся в главном – мы, в целом, разделяем одни ценности городского развития, активизма и этики взаимодействия друг с другом. Мы много говорили сегодня об уроках, о лучших практиках и устойчивых форматах работы. Сегодня мы объявляем о том, что Urban Forum Almaty – инициатива, которая появилась три года назад – также переходит в новый формат. Сегодня наше первое мероприятие в новом статусе – Общественного фонда Urban Forum Kazakhstan. Для нас это новый, серьезный вызов. Мы бы хотели транслировать пример вдохновения того, как поступательно, устойчиво приходить к большим и малым городским изменениям не только в Алматы, но и в других городах Казахстана.

По традиции, которая началась еще в 2015 году с нашего пилотного мероприятия, мы ежегодно объявляем заглавные темы нашей работы, которые потом не остаются в истории, а добавляются в наш багаж проектов и компетенций. На период 2018-2019 годов мы выбрали тему «Ценности городского общества».

Город – это сложная структура, состоящая из множества игроков, институтов, групп, сообществ, которые могут быть разделены и объединены по различным критериям: будь то культурные коды, история, язык или социальные вопросы. Та сила, которая может нас сближать, создавая творческие, конструктивные, прогрессивные и равные отношения – это и есть наши ценности.

Как мы умеем сосуществовать, принимать друг друга, уважать границы друг друга и при этом не терять связи друг с другом? Как нам взаимодействовать и делать наши города лучше, красивее, безопаснее, комфортнее, устойчивее? Какие ценности нас двигают и объединяют, и что нужно делать для того, чтобы мы были вместе одним единым обществом? Мы приглашаем вас участвовать в исследовании этой темы и приходить на наши мероприятия, высказываться, взаимодействовать с площадкой Urban Forum Kazakhstan, делиться своей экспертизой, верой, энтузиазмом и энергией.
Партнер